Аспирант – это еще или уже? Смотря где…
Как утверждает Википедия, примерно треть городка Тюбинген (около 25 тысяч человек) студенты. Благодаря этому средний возраст его жителей самый низкий в Германии. Врач-биохимик, аспирант местного университета и научный сотрудник местной лор-клиники Ксения ВАРАКИНА, приехав из Волгограда, тоже приложила к этому рекорду свои молодые годы.
– В медицинский вуз я пошла, наверное, из-за природного упрямства. Я училась в гуманитарной школе, где уроки химии и биологии заменял урок естествознания раз в неделю. Но его учитель сумел меня заинтересовать. И когда после 11-го класса почти все пошли учиться на переводчиков, я решила, что это слишком просто.
– Вы хотели стать врачом?
– Я хотела заниматься наукой. Поэтому поступила не на лечебный, а на медико-биологический. По диплому я врач-биохимик.
– Чем он может заниматься?
– Работать в клинической лаборатории, выполнять более сложные анализы, чем это делают лаборанты со средним медицинским образованием, консультировать врачей других профилей по поводу диагностики в сложных случаях. Так, по крайней мере, должно быть. Но в интернатуре я работала в больнице. Многих реактивов нет, лабораторный пластик моется, хотя должен быть одноразовым – в таких условиях даже хорошему врачу-биохимику сложно ручаться за правильность результатов.
Впрочем, я мечтала заниматься другой областью применения моей специальности – наукой. И хотела это делать за границей.
– Какие усилия для этого вы прилагали?
– Титанические (Улыбается). Читала форумы, отправляла резюме. И сначала все безуспешно. Затем у меня все-таки состоялось несколько интервью. И по итогу одного из них меня позвали на месячную стажировку в научно-исследовательский центр в немецком городе Тюбинген. После нее мне пришлось вернуться домой. Но я уже знала, как составлять резюме и куда их рассылать. И уже почти три года как я научный сотрудник в немецкой университетской клинике. Так совпало, что я вернулась в Тюбинген.
– А какие впечатления были от первого приезда?
– Двоякие. С точки зрения науки мне все понравилось. Расходники, реактивы, аппаратура – все было на уровне. Но на мою беду, у меня оказалась русская начальница с комплексом Наполеона. (В Германии с нашими соотечественниками такое случается).
– В этот раз все в порядке?
– Да. В этом году мне будет 27. И в России, можно сказать, я пожилая женщина. Но здесь мне все говорят по поводу защиты моей диссертации, которая будет через два месяца: «Это так рано!»
– Как ваш рабочий день выглядит?
– Если нужно, я прихожу в клинику и в 6.30 утра. В среднем – в 8-9. А длится рабочий день обычно 8-10 часов. Но вообще аспирант здесь работает на себя. Ты знаешь тот объем работы, который должен выполнить. И если я хочу два вечера провести с друзьями и уйти в четыре, то на третий день я буду сидеть до двух часов ночи. Да, есть научный руководитель, которому можно задавать вопросы. Но в целом здесь от тебя ожидают самостоятельности.
Было тяжеловато – год из трех я точно работала без выходных. Но зато я понимала, ради чего я это делаю. Уже через полгода в очень хорошем научном журнале вышла первая статья с моим участием. И вот еще что. Меня взяли в эту замечательную лабораторию вопреки моему несовершенному резюме. И мне очень хотелось доказать, что они не ошиблись.
– Чем вы занимаетесь в лаборатории?
– Я работаю в лор-клинике. Занимаюсь исследованиями на тему потери слуха, связанной с возрастом, и разработкой в этой связи новых лекарств. А опыты провожу на крысках и песчанках.
– Прямо в клинике?
– Да, у нас большая современная клиника с полным спектром услуг по лор-заболеваниям. Третий этаж – поликлиника. Четвертый – больница. А первые два отведены исключительно под исследовательские лаборатории. Все здесь направлено на то – и в этом разница с Россией – что, если ты делаешь исследование, оно должно в итоге применяться на практике.
– Обывательский вопрос: животных не жалко?
– Очень жалко! Еще в институте был такой период, когда по понедельникам нужно было брать кровь у кроликов. И в этот день я всегда якобы заболевала. Когда писала диплом, и нужно было животных в итоге убивать, я ревела, но так и не смогла себя заставить – просила это делать однокурсника. Ну а когда попала в аспирантуру, выбора уже не было. Ты же не будешь экспериментировать на людях.
Я, кстати, было дело, напросилась специально в лабораторию, где только капают по пробиркам. Это так скучно! А на животных наглядно виден результат.
Правда, сейчас, поскольку пишу диссертацию, я не занимаюсь опытами, а по 12 часов просиживаю за компьютером. Именно столько часов в день работает в клинике мой научный руководитель, а мне нужно, чтобы он правил.
– За компьютером тоже в клинике сидите?
– Да. Здесь у меня и офис. А в лабораториях только эксперименты.
– По выходным тоже в них можно работать?
– По выходным особенно хорошо. Никого нет. Эксперимент всегда занимает какое-то время. Поставил микроскоп фотографировать, и минут пять свободен. Некоторые статьи читают. Я урывками не могу. И обычно музыку слушаю или кино смотрю.
– Сколько аспирантам платят?
– После налогов остается 1200 евро. Почти половина от этого у меня уходит на съем жилья. Это потому, что на двоих со знакомой мы снимаем большую квартиру в центре города. Да еще и в историческом здании. До этого я снимала комнату за 300 евро. Но потом появились нечистоплотные соседки из Азии. Я в итоге оттуда просто сбежала. И решила, что себя надо любить – дом должен быть местом, куда хочется возвращаться. Тогда и работать будешь лучше.
– Какие у вас перспективы?
– После аспирантуры чрезвычайно тяжело найти место в приличном университете. К выпускникам европейских вузов прибавляются выпускники российских, индийских, китайских и т. д. университетов. И как только на одном из известных всех сайтов появляется хорошая вакансия, на нее в первый же день может прийти до трехсот заявок. А в целом до двух тысяч. Поэтому если твое резюме хотя бы посмотрели, это большая удача.
Между тем отсылка даже одного резюме отнимает массу времени. Ведь чтобы написать сопроводительное письмо, в котором ты скажешь, как тебе греют душу научные статьи работодателя и как идеально они соотносятся с твоими научными исследованиями, с этими статьями нужно познакомиться.
Конечно, можно отправиться в какой-нибудь малоизвестный университет, допустим, в Техасе или Орегоне. Но ты отработаешь двухлетний контракт, и шансы найти интересную работу станут еще меньше. Поэтому я буду подавать заявки только в те лаборатории, куда я реально хочу попасть. И верю, что у меня все получится.