Почему врач пьёт воду из унитаза
Дурная слава накрыла её не сразу. Сначала для соседей бывший врач областного тубдиспансера была сродни достопримечательности: интеллигентная, с высшим образованием. Но в какой-то момент в её жизни произошли перемены. Перестала общаться с соседями, перестала за собой следить, стала одеваться, как уборщица. Начала копаться в мусорке, выискивая объедки. То ли для себя, то ли для своих многочисленных кошек.
Кошатница с боевой палкой
Потом к Людмиле Федоровне Лукьяновой пожаловали специалисты Советского отдела социального обслуживания населения. Естественно, с добрыми намерениями. Предложили помощь в покупке лекарств, продуктов. Но она им устроила от ворот поворот. Следом пожаловал успешный липецкий риелтор. Он тоже хотел помочь. Предложил поменять её загаженную кошками квартиру на домик в деревне. С доплатой! От выгодного договора недальновидная старушка тоже отказалась.
Дальше – больше. Бывший интеллигентный медик вдруг почему-то стала посылать добрых людей – ну, знаете, куда… Кто-то даже видел у неё в руках палку, которой она замахивалась на людей. Вскоре приехали журналисты одной липецкой телекомпании и сняли сюжет, в котором бадик в руках 78-летней женщины превратился чуть ли не в боевое оружие. С Лукьяновой репортёры даже не пытались общаться, ограничились «картинкой» разбитого окна и мнением одной соседки.
– Это не квартира, а мусорный контейнер, который не выгребался на протяжении многих лет. Получается, что там уже всё гниет, и этот зловонный запах вместе с тараканами проникает и в наши квартиры, – рассказала журналистам одна из жительниц дома.
Соседи отправились жаловаться к депутатам горсовета. Оттуда полетели запросы в коммунальные и социальные службы. Судьба сулила Лукьяновой большие жизненные перемены…
«Она здравомыслящий человек»
А потом нам сообщили, что одиозная старушка совсем не одиозная, и предложили разобраться в ситуации.
– Людмила Фёдоровна здравомыслящий человек, – уверена Лидия Гончарова, живущая в соседнем с Лукьяновой подъезде. – Отношение к ней разное. Сто человек опросите, мнения разойдутся ровно наполовину. Да, матом обложить некоторых может, но они же её сделали загнанным зверем.
Лидия Гончарова – педагог, Лукьянову знает более 20 лет. Но подругой не стала, ни разу даже не была в квартире. Хотя однажды напрашивалась. Хотела помочь вымыть окна, так как видела, что каждое движение руками старушке даётся с трудом. Обратила внимание и на ноги, замотанные в целлофан.
– Ноги увидела – ахнула. Сына-медика попросила посмотреть. У него такая же реакция: «У Любови Фёдоровны что-то серьёзное с венами, её лечить надо немедленно!»
В качестве провожатого к Лукьяновой мы взяли Васильевича – старого знакомого нашей редакции, который, как выяснилось, тоже хорошо знает Лукьянову и по случаю помогает ей.
– Предупреждаю, у бабушки из технических средств не сломан только дверной звонок, – предупредил Васильевич, нажимая на облезлую кнопку.
Ждём минут пять. И вот на пороге пожилая женщина неопределённого возраста. На лице – смущённая улыбка, седые засаленные волосы, давно не знающие рук парикмахера. Во всей квартире горит единственная засиженная мухами лампочка. В грязный расколотый унитаз течёт из пластиковой трубы тоненькая струйка – это единственный источник воды в квартире. Здесь Любовь Фёдоровна умывается, моет посуду, стирает… Горячей воды в квартире нет. Вместо обоев висят какие-то лохмотья, кафельная плитка покрылась плесенью, вместо пола сплошная грязь.
Минута тягостного молчания, и деликатный Васильевич вышел на улицу покурить, оставив нас наедине с «монстром».
Доктор из тайги
…Людмила Фёдоровна перебралась в Липецк в далёком 78-м. Считай, вернулась на родину – её родители родом из Воронежской области. На Дальний Восток семья Лукьяновых поехала не за длинным рублём и не за романтикой. Отец Людмилы был военным, служил в железнодорожных войсках, в запас ушёл в звании подполковника. Не искала в жизни лёгких путей и наша героиня. После окончания Благовещенского медицинского института не стала трудоустраиваться в городе, а ушла в тайгу под Уссурийском. Именно там размещалась её первая больница.
– Больница была рассчитана на 300 коек, а нас, врачей, всего четверо, – охотно рассказывает Людмила Михайловна. – Представляете, какая была нагрузка? Ничего, справлялись, жалоб не было…
В Липецке она стала врачом высшей категории, в 1980 году получила эту пресловутую «двушку» на улице Терешковой. Те, кто работал в липецком здравоохранении, знает, что жильё медикам давали туго. Квартиры получали только лучшие из лучших. Когда вселялась, соседи, глядя на её немногочисленные баулы и чемоданы, гадали, что там: хрусталь, наряды… Соседи ошибались. Лукьянова привезла то, что ценила больше, чем золото.
Она всю жизнь любила читать. И всю жизнь собирала книги. В домашней библиотеке оказалось всё, что печаталось в СССР по её «родной» пульмонологии, смежным специализациям. Выписывала медицинские журналы, «Науку и жизнь», если была в командировках, покупала в книжных магазинах классику, беллетристику. Даже к пенсии она не стала обладательницей большой советской мечты, в которой главный атрибут – стенка, нашпигованная хрустальной посудой. Вместо неё в каждой комнате красуются большие книжные шкафы, где каждый томик обязательно прочитан.
Увы, всё это в прошлом. Зрение у пенсионерки теперь никудышное, главным источником информации стал перемотанный изолентой приёмник, у которого ни одна кнопка не работает.
Разговор Жигарова с покойником
Итак, телевизионщики разбираться в ситуации со старушкой не захотели. А что же депутаты? Накануне выборов недоброжелатели старушки обращались за защитой к депутату Липецкого городского Совета депутатов Фёдору Жигарову. В горсовете представители ЖКХ и социальной защиты устраивали чуть ли не «совет в Филях», решая, что делать с пенсионеркой Лукьяновой.
Решили обратиться к родственникам, о чём в телевизионном сюжете уверенным голосом и сообщил тогда ещё кандидат в депутаты Фёдор Жигаров. У которого, между прочим, общественная приёмная всего-то в 70 метрах от дома Лукьяновой.
– Сегодня мы узнали, что у неё есть сын в Хабаровске, соцзащита обратится к сыну, расскажет о той ситуации, которая есть, и, в принципе, в таких условиях эта женщина может вполне потерять квартиру по решению суда, потому что такая практика есть, – заявил депутат.
Трудно сказать, откуда Жигаров с комиссией черпали информацию о сыне Лукьяновой. Единственный сын Людмилы Фёдоровны скончался в 47 лет от инфаркта. Именно его смерть заставила Людмилу Фёдоровну уйти в глубокую депрессию. Именно после трагедии она перестала следить за собой, готовить, убирать в квартире. В какой-то момент, будучи медиком, поняла, что от уныния могут отвлечь либо таблетки, либо какое-нибудь занятие. Так в её жизни возникли кошки, забота о которых, по сути, спасла её от депрессии, но сделала городской сумасшедшей…
P.S. Какая служба отрезала у бабульки воду – не известно. Ведь задолженность по коммунальным платежам, по нашим сведениям, не больше семи тысяч рублей. Порядок в квартире у Лукьяновой навели по-настоящему добрые люди. Кошек выселили, оставив для веселья бабушке её любимца – Рыжика. Стекло в окне вставили, купили сотовый телефон.
А липецкие чиновники, которые обещали разобраться со зловонной квартирой к 10 сентября, после выборов, как водится, забыли о своих обещаниях.